РУС | ENG

Глава 1. ИСТОРИЧЕСКИЙ ОЧЕРК БУРЯТИИ

 

Республика Бурятия в географическом отношении занимает центральное место в Прибайкалье. Её территория равна 351,3 тыс. кв. км. Население республики – 1045,6 тыс. чел. (по переписи 1989 г.), среди которых преобладают русские (726,2 тыс. чел.) и буряты (249,5 тыс. чел.). Помимо них в республике проживают представители более 60 других национальностей. Столица республики – г. Улан-Удэ – является одним из крупнейших городов Восточной Сибири.

С момента образования 30 мая 1923 г. республика сделала огромный рывок в своем развитии. Бывший аграрный край стал одним из развитых индустриальных регионов на востоке страны. И сейчас, несмотря на все сложности современной экономической и политической ситуации в России, Бурятия занимает второе место в рейтинге экономического роста регионов Восточной Сибири.

Административно-территориальное деление Республики Бурятия подвергалось неоднократным изменениям. В 1923 г. в состав образованной Бурят-Монгольской АССР вошли пять аймаков Бурят-Монгольской автономной области Сибири – Аларский, Боханский, Селенгинский, Тункинский, Эхирит-Булагатский и четыре аймака Бурят-Монгольской автономной области Дальнего Востока – Агинский, Баргузинский, Хоринский, Чикойский. К концу 1924 г. на территории Бурят-Монгольской АССР имелось 8 аймаков, которые без изменения просуществовали до проведения нового районирования республики в 1927 г., когда в состав Бурят-Монгольской АССР вошло 16 аймаков: Агинский, Аларский, Баргузинский, Баунтовский, Боханский, Верхнеудинский, Еравнинский, Закаменский, Кабанский, Кяхтинский, Мухоршибирский, Северо-Байкальский, Селенгинский, Тункинский, Хоринский и Эхирит-Булагатский.

В 1930 г. было принято постановление о включении республики в состав Восточно-Сибирского края. В результате на ее территории был образован 21 аймак. Постановлением ЦИК СССР 1937 г. Восточно-Сибирская область была разделена на Иркутскую и Читинскую области и одновременно изменены границы Бурят-Монгольской АССР. В состав Читинской области передавались Агинский и Улан-Одонский аймаки, а в состав Иркутской – Аларский, Боханский, Ольхонский, и Эхирит-Булагатский. После этих изменений территория Бурят-Монгольской АССР ограничилась 15 аймаками.

Все дальнейшие административно-территориальные преобразования происходили внутри республики.

Территория Бурятии простирается между 98° 40' и 116° 55' восточной долготы. Расположена республика на широте Лондона и Праги. Самый северный ее выступ достигает 57° 15' северной широты. Самая южная точка лежит на среднем течении р. Чикой под 49° 55' северной широты. В европейской части России возле этих широт распространена подзона смешанных лесов, лесостепи и степи между Псковом и Волгоградом.

Бурятия - это сердце Азии, расположенное почти в самом центре. Русская рубленая изба здесь соседствует с кочевой монгольской юртой, Сибирь встречается с Монголией, а елово-кедровая тайга проникает в сухие степи. В Бурятии естественно сочетаются ландшафты Швецарии и Тибета, леса и степи Европейской России и Маньчжурии. Уникальное разнообразие ландшафтов – от горно-тундровых и горно-таежных до степных и полустепных – в совокупности с крупнейшим в мире и древнейшим пресноводным озером Байкал определяет особое значение и ценность природы республики.

Территория Бурятии входит в пояс гор Южной Сибири (Восточный Саян и Забайкальская горная страна). Самой низкой ее отметкой является уровень озера Байкал – 456 м над уровнем моря, наиболее высокой – вершина горы Мунку-Сардык – 3491 м над уровнем моря (Восточный Саян).

Около 800-400 тыс. лет назад, в ашельскую нижнепалеолитическую эпоху, последовавшую за олдувайской, в Старом Свете сформировалось несколько очагов культуры, различавшихся особенностями каменной индустрии. Одним из таких центров был восточноазиатский, охватывавший территорию от гор Южной Сибири на севере до Тибета и равнин Китая на юге. Носителями этой культуры были архантропы, костные останки которых были открыты в пещере Чжоукоудянь около Пекина. Самыми северными стоянками ашельской эпохи в Сибири являются пещера Улалинка на Алтае, а также стоянки Филимошки, Амгунь, Кумары на Амуре, Диринг-Юрях в Якутии, Засухино в Забайкалье.

О дальнейшем историческом освоении человеком ойкумены, выборе благоприятных экологических условий указывают многочисленные памятники среднего палеолита (эпохи мустье), широко распространенные в горных странах северного полушария (Кавказ, Алтай, Забайкалье). В период казанцевского межледниковья (около 120-70 тыс. лет назад), судя по имеющимся находкам, Южная Сибирь была заселена представителями следующей ступени в эволюции человека – палеоантропами, или неандертальцами. Мустьерские стоянки известны в Туве, на Алтае, в Забайкалье; более 20 местонахождений мустьерских орудий обнаружены на берегах Ангары и Байкала. Среди находок нуклеусы, отщепы, остроконечники, скребла, чопперы, которые свидетельствуют об общности древнейшего населения Южной Сибири и Центральной Азии.

Обитатели мустьерских стоянок – неандертальцы – охотились на шерстистых носорогов, бизонов, лошадей, дзеренов – обитателей открытых степных пространств. Климат этого времени характеризуется, как теплый и достаточно влажный, с тенденцией похолодания во второй половине (80-60 тыс. л. н.).

Около 40 тыс. лет назад в Забайкалье появляются стоянки человека современного вида – Homo sapiens, культура которого получила название верхнего (позднего) палеолита. По времени она совпала с каргинским межледниковьем и последним, сартанским, оледенением. Забайкалье оставалось свободным ото льдов. Особенности географического положения Внутренней Азии определили положение южной границы ледников в Сибири гораздо севернее Байкала или поднимала их высоко в горы. По открытым пространствам Забайкалья бродили крупные травоядные животные, большая часть видов которых впоследствии исчезла: мамонты, шерстистые носороги, бизоны, благородные и гигантские олени, архары, лошади, дзерены, винторогие антилопы, куланы. Эта крупная фауна и привлекала сюда верхнепалеолитические сообщества людей.

Появление человека разумного (Homo sapiens) ознаменовало не только смену физического типа ископаемого человека, но и существенные изменения в материальной культуре. Появляется технически более совершенная, богатая типами орудий и разнообразная индустрия позднего палеолита. В обработке камня позднепалеолитический мастер достиг высочайшего уровня. С использованием костяных отжимников удавалось получать серии длинных пластин с параллельной огранкой, которые служили основой для изготовления разнообразных и специализированных орудий. Кроме того, появляются совершенные формы орудий из кости и комбинированные орудия с костяной или роговой основой и каменными вкладышами. Ассортимент орудийного набора позднего палеолита насчитывает более 90 типов – ножи, скребки, проколы, резцы и т.д.

Материалы памятников начальной поры верхнего палеолита в Бурятии и Забайкалье (25-40 тыс. л. н.) свидетельствуют о развитии различных культурных традиций: с одной стороны, наблюдается преемственность мустьерских и позднепалеолитических культур в технике пластинчатого расщепления, с другой – одновременное присутствие иных традиций обработки камня и использование в качестве заготовки отщепа. Памятники этого периода в Бурятии наиболее изучены: Варварина гора, Каменка, Подзвонкая, Куналей. Человек этого времени использовал различное каменное сырье для своих орудий: туфы, базальты, кварц, халцедон. Известны украшения в виде бусин-подвесок, амулетов, выполненные из мягкого камня. В это время отмечается и ранние формы геометрического орнамента – ритмические нарезки на изделиях из кости, прообразы будущих Мальтинских композиций. Комплекс данных говорит о том, что природно-климатические условия были достаточно теплыми и сухими, близкими к современным. Обилие животных - лошадей, дзеренов, бизонов, антилоп, носорогов - способствовало развитию человеческих коллективов и дальнейшему освоению новых территорий. Палинологические спектры свидетельствуют о мозаичности ландшафтов, с доминированием лесостепных и степных. Широко были распространены березовые и сосновые редколесья, отмечается присутствие тсуги, лещины, вяза, дуба.

Археологами раскопано несколько древних поселков, состоящих из одного или более жилищ, которые стояли вряд вдоль берега реки. Каркасы домов сооружались, возможно, из камня, дерева, костей и рогов животных и покрывались шкурами.

Выделяются небольшие постройки площадью 10-15 квадратных метров, которые, очевидно, предназначались для одной семьи. Основания каркасов укреплялись при помощи плит известняка, которые вертикально врывались в землю. На возвышающейся каменной основе крепился деревянный каркас с натянутыми на нем шкурами животных. Шкуры держались на жердях при помощи костей, мелких плиток известняка и рогов северного оленя. В центре дома располагался очаг – вырытая в земле круглая лунка, а в крыше отверстие для выхода дыма. Фундамент, на котором крепилась легкая и прочная куполообразная каркасная сетка, мог иметь круглую в плане форму.

Другой тип жилищ представляет собой навес с обширной площадкой. Стена, обращенная к реке, могла оставаться открытой. Возможно, она зашивалась шкурами животных. Фундамент состоял из каменных плит и вкопанных в землю черепов и трубчатых костей крупных животных. В отверстия полых костей вставлялись деревянные слеги, на которые натягивались шкуры. Впечатляют размеры домов такого типа. Площадь самого крупного из них составляет 84 квадратных метра. В такой капитальной постройке могли укрыться от зимней стужи несколько семей.

Археологами также были обнаружены остатки легких строений, напоминающих чум или шалаш. Поражает уровень строительной техники. Используемые несущие конструкции вполне современны: столбы, балки, колонны с базами-подставками. Первобытный человек не просто вкапывал в землю жердь, но загонял в землю «базу» - трубчатую кость мамонта с готовым гнездом для заостренного конца колонны.

Глиняный пол домов был посыпан порошкообразной охрой и имел красный цвет. На полу находилось кострище или обложенный камнем очаг. В качестве топлива использовались как дрова, так и кости. Кости при этом явно преобладали. Это объясняется тем, что кость, хотя и загорается с трудом, горит очень долго, а костный уголь и зола держат тепло дольше.

Вся жизнь людей древнего каменного века сосредоточивалась на этих продуваемых холодными ветрами стоянках, жавшихся к лесистым берегам рек. Сюда сносилась охотничья добыча, рыбные уловы, кремневые гальки. В этих хижинах-чумах, покрытых шкурами животных, при неровном свете костров изготавливались орудия труда, шилась меховая одежда, жарились на углях мясо и рыба. Суровый холодный климат каменного века заставлял искать на местности наиболее оптимальные для жительства участки.

Забайкалье в эпоху энеолита и ранней бронзы не представляло собой монолитного и единого этнокультурного района. Начавшийся здесь в период неолита процесс разделения путей этнокультурного развития степного и лесного населения в эпоху энеолита и ранней бронзы значительно усилился.

Одновременно шел процесс усиления роли, а затем и утверждения производящего хозяйства – земледелия и скотоводства. В горно-таежных районах Южного Забайкалья и Северной Монголии жили охотники и рыболовы.

В бронзовом веке в хозяйстве степного населения происходят большие изменения. Скотоводство становится основным видом хозяйственной деятельности. Так кости домашних животных найдены в 95-96%, а диких животных – только в 4% плиточных могил. Охота перестала играть какую-либо существенную роль. Данные о существовании земледелия зафиксированы в единичных плиточных могилах. Таким образом, в эпоху поздней бронзы и в начальный период раннего железного века население степных районов Забайкалья почти полностью отказалось от присваивающего хозяйства. А скотоводство и, возможно, земледелие убедительно доказали людям свое преимущество в производстве продуктов питания животного и, может быть, растительного происхождения. В это время производящее хозяйство стало прочной основой экономики степного населения.

С утверждением производящего хозяйства, особенно скотоводства, земля стала средством производства, а скот – легко отчуждаемым продуктом. Из-за земли и пастбищ учащаются военные столкновения, скот становится причиной военных набегов. Следовательно, в обществе появляются воины, а возможно и воины-всадники. Среди случайных находок предметы вооружения и конской сбруи встречаются гораздо чаще, чем в могилах. Известны наконечники копий, стрел, литые массивные чеканы – боевые топоры, мечи, бронзовые удила, псалии.

Время между распадом Монгольской империи в середине третьей четверти ХIV в. и присоединением к России в ХVII в. история Прибайкалья, Забайкалья и Восточной Сибири в целом недостаточно изучена.

О процессах, происходивших в районе Байкала в период феодальной раздробленности Монголии и ко времени прихода туда русских, дает представление расшифровка этнического названия бурят. С давних пор у монголов племена, обитавшие в лесной зоне, назывались лесными. «Некоторым из монгольских племен, у которых юрт был около леса, дали имя хойин иргэн, то есть лесное племя», - сообщает «Сборник летописей». В отличии от них монголы, живущие в степи, назывались степными. «А тех, что сидят в степи, называют кэхэрин баяут», - говорится об одной из ветвей племени баяут в том же источнике.

В связи с тем, что лесных племен в Монголии и на соседних территориях было много, то степные монголы наиболее крупным из них давали свои имена. В некоторых случаях это правило распространялось на отдельные, несколько обособленные группы племен, которые компактно обитали на одной территории и обладали схожими чертами в сфере хозяйства и традиционно-бытовой культуры. К числу таких относились племена западнее Байкала, у которых были сильны охотничьи традиции с навыками ведения полукочевого скотоводства и земледелия, существовала своеобразная, отличная от кочевников, материальная культура. Эти племена, среди которых ведущую роль играли булагаты и эхириты, степные монголы по аналогии с терминами булагачин и кэрэмучин («соболевщики» и «белковщики»), прилагавшихся к этой же группе предбайкальских племен, могли называть одним общим именем бураад. Бурат состоит из основы бураа и суффикса – д, означающего групповую совокупность людей. В монгольском языке бураа имеет значения «густая роща», «лесная чаша», «густой лесок», «растущий кучами или полосами на горах или в степи лес». Любое из них приложимо к Предбайкалью. Поэтому слово бурат, в широком смысле означающее «лесные» или «люди леса», точно соответствует понятию «лесные племена», которым степные монголы называли население по обе стороны Байкала.

Вначале бурат было только прозвищем, которое степные монголы применяли по отношению к лесным племенам Предбайкалья. Позже оно наполнилось этническим содержанием и превратилось в этноним бурат, ставшим общим наименованием предбайкальских племен. Просуществовав некоторое время в этом качестве, название бурат трансформировалось в известную ныне форму буряад (по-русски передаваемую как бурят), которая как название народности стала единым обозначением всего населения по обе стороны Байкала. Стало быть, современное название бурят, несмотря на несколько иное фонетическое оформление, имеет то же значение, что и ее проформа бурат – «лесные», «люди леса».

Существование проформы бурат доказывается его упоминанием в русских, ойратских, тибетских и других письменных источниках. Так, участник Первой Академической экспедиции по Сибири Я.И. Линденау, побывавший у якутов в 1741-1745 гг., установил, что «якуты называют братских… - бурат».

Во второй половине ХVII в. голландский ученый Н. Витсен, характеризуя народы Сибири, писал, что западнее Байкала живут бураты.

Приход русских в Приангарье и на Верхнюю Лену, непосильные поборы ясака, погромы казачьими отрядами улусов, произвол и притеснения со стороны администраций острогов дали мощный дополнительный импульс к сплочению всего предбайкальского населения. Особенно остро чувство единства проявилось в середине 40-х и начале 50-х гг. XVII в., когда бураты сообща подняли два крупных вооруженных восстания. Одновременное участие в верхоленском восстании булагатов, эхиритов, батулинцев, ашебагатов, хонгодоров и других племен и родов, выставление ими объединенных отрядов численностью до 2 тыс. человек несомненно свидетельствуют о существовании западнее Байкала коалиции племен. Об этом же убедительно говорят и ангарские события. Обещание, а затем исполнение угрозы побить русских на Белой и Голоустной показывает, что предбайкальцы в понятие «родина» включали все Предбайкалье, а не только территории отдельных родов и племен.

Таким образом, бытование в Предбайкалье по меньшей мере до середины ХVIII в. название бурат позволяет заключить, что она была исходной формой существующего ныне этнонима бурят. Изменение термина бурат в окончательную форму бурят произошло позже и явилось логическим завершением набиравших силу консолидационных процессов, в результате которых на основе племенного союза, называвшемся бурат и объединявшем только одних предбайкальцев, в рамках уже Российского государства возникла этносоциальная общность более высокого уровня – бурятская народность, располагавшаяся на обеих сторонах Байкала.

Если учесть, что все русское население Северной Азии в конце ХVII в. не превышало 25 000 человек (что сопоставимо с численностью только одного крупного сибирского народа – бурят), то становится понятной сложность самой задачи русской администрации – привести в подданство и «объясачить» бурятские роды и племена. В социально-экономическом отношении буряты были одним из наиболее развитых сибирских этносов, могли оказывать и часто оказывали серьезное военное сопротивление, выставляя сотни хорошо вооруженных, но не имеющих огнестрельного оружия всадников. Бурятская аристократия сама получала ясак со своих южносибирских кыштымов – данников и вовсе не была готова при первом появлении русских отрядов не только отказаться от эвенкийского или сойотского (тувинского) ясака, но и начать покорно отдавать «мягкую валюту» пришельцам. Для этого требовались очень веские причины.

События ХVII в. застали бурят в состоянии раздробленности. У бурят отсутствовала не только государственная организация, но и федеративное объединение племен и родов. Их сопротивление русским экспедициям иногда было успешным, но в итоге они вынуждены были мириться со строительством острогов, утратой кыштымов и «объясачиванием».

Сами буряты до присоединения к России были кыштымами халха-монгольских правителей и испытывали постоянные набеги монголов и джунгар. Принимая русское подданство, они получили военную защиту от беспокойных южных соседей. При этом, поскольку еще в течение многих десятилетий российско-монгольская граница была нестабильной и проницаемой, отдельные бурятские племена или роды, полностью или частично, в случаях обострения отношений с властями, могли мигрировать и действительно часто перекочевывали за российские пределы, а по прошествии какого-то времени, вновь взвесив «за» и «против», возвращались на север. Еще одна веская причина, обусловившая относительно мирное вхождение бурят в состав России, - выгоды российско-бурятской торговли, постепенное включение в общероссийский рынок, предоставлявший в обмен на пушнину и продукты животноводства достаточно разнообразную и дешевую промышленную продукцию, во многом превосходившую товары из Монголии и Китая.

Сеть острогов в Прибайкалье быстро росла. Заложенный Максимом Перфильевым в 1631 г. Братский острог ниже впадения Оки в Ангару был в 1636 г. сожжен «братцкими князцами», но сразу же восстановлен в устье Оки Николаем Рудаковским. В 1641 г. строится Верхоленский острог, в 1647 – Осинский, в 1648 – Удинский (современный Нижнеудинск), в 1654 – Балаганский острог. Движение шло по Лене и Ангаре к Байкалу. В 1652 г. было основано Иркутское зимовье на острове Дьячем близ устья Иркута, но Иркутский острог на правом берегу Ангары был построен в 1661 г. В 1660-х гг. северная часть Байкальской Сибири (Предбайкалье) уже прочно вошла в состав России. Монгольские правители иногда вспоминали о своих здешних кыштымах и ходили походами в области, прилегавшие к Балаганскому, Иркутскому и даже Братскому острогам (тайша Сэйгун в 1668 г., тайша Гыган в 1674 г.), но терпели поражение и изменить ситуацию уже не могли.

Гораздо более серьезную угрозу русской власти представляло сопротивление самих бурят, особенно восстания верхнеленских и ангарских племен (эхиритов, булагатов, ашибагатов, хонгодоров, отчасти хоринцев и батулинцев) в 1644-1647 и 1651-1653 гг.. Возмущенные не столько яасаком, сколько злоупотреблениями и жестокостями, общим разбойным поведением сибирских властей, буряты осенью 1645 – летом 1646 г. предприняли три похода на Верхоленский острог, сумев собрать значительное, достигавшее численности более двух тысяч человек объединенное войско. Восстание было подавлено в конце 1646 – начале 1647 г. несколькими русскими военными отрядами, с трудом разгромившими бурятские ополчения в нескольких сражениях, когда «бились с утра до вечера».

С 1651 по 1653 гг. длилось восстание ангарских бурят, подавленное специальной экспедицией Петра Бекетова. В 1658 г. унгинские буряты, пострадавшие от насилия и грабежа Ивана Похабова, управлявшего в 50-х гг. Братским и Балаганским острогами, и его приказных людей, подняли восстание, взяв свои пожитки и угоняя скот, бежали в Монголию. Вслед за унгинцами бежали в «мунгалы» окинцы. В 1660 г. произошел новый побег бурят. Балаганская степь опустела. Побег ясачных плательщиков приносил ущерб царской казне. Из Москвы пришел приказ о смене и наказании Похабова, однако он сумел избавиться от всякой кары. Балаганская степь была заселена выходцами из кудинских, верхоленских, идинских бурят.

За Байкал русские отряды начали проникать задолго до окончательного присоединения Предбайкалья. В 1640 г. Максим Перфильев попал в Забайкалье, двигаясь вверх по Витиму. Здесь он собрал ценные сведения о землях верхнеамурского бассейна. В 1643 г. Семен Скороходов, идя берегом Байкала, обогнул его, вышел на Верховья Ангары и, повернув на юг, попал в долину Баргузина. Перфильев и Скороходов действовали в эвенкийском ареале Забайкалья.

С забайкальскими бурятами первым встретился енисейский служилый человек Василий Колесников, весной 1645 г. переправившийся на лодках через Байкал в устье Селенги. Здесь Колесников столкнулся и с «большими брацкими», и с «мунгальскими людьми». Встреча эта обернулась боем, в котором «ватага» Колесникова потерпела поражение и вернулась на северо-западный берег Байкала. В следующем году Колесников предпочел не рисковать и пошел по следам Перфильева и Скороходова. Заложив у северной оконечности Байкала Верхнеангарский острог, он отправил на юг четырех разведчиков-казаков, которые, двигаясь к Селенге, попали в ставку зятя монгольского цэцэн-хана – некоего Турухай-Табуна, контролировавшего значительную часть монголо-бурятского Забайкалья. Одаренные Турухай-Табуном и получившие от него подтверждение о том, что в Забайкалье имеется «золотая и серебреная руда», казаки вернулись в Верхнеангарский острог.

Не получая сведения от Колесникова, енисейский воевода направил в Забайкалье в 1647 г. Ивана Похабова, а в 1648 – Ивана Галкина. Отряд Похабова переправился через Байкал и захватил в плен более 70 «иноземцев», оказавшихся подданными Турухай-Табуна. От мыслей немедленно «объясачить» забайкальских бурят ему пришлось вскоре отказаться – «наше моче столько не стало, потому что люди многие и конны, а живут в скопе и от рек откочевали». Похабов благоразумно вернул пленных Турухай-Табуну, побывал в ставке и этого князя, и при дворе его монгольского сюзерена цэцэн-хана и хотел даже направиться в Китай, но не был туда пропущен этим халхаским ханом и вернулся в Енисейский острог.

Иван Галкин с 60 спутниками предпочел северный путь, обогнул Байкал и осенью 1648 г. оказался на Баргузине, на правом берегу которого поставил острог. Головой Баргузинского острога Галкин прослужил два года, в течение которых русское подданство приняло бурятское и эвенкийское население, обитавшее в долине Баргузина, Витима и его левых притоков, в котловине Еравнинских озер. В итоге к 1650 г. северная часть нынешней Бурятии оказалась присоединенной к России.

Баргузинский острог не менее 10 лет оставался важнейшим русским опорным пунктом в Забайкалье. В 1653 г. Петр Бекетов заложил Нелюдский острог на правом берегу Шилки напротив устья Нерчи, но место было выбрано неудачное, а Нерчинский острог был поставлен в 1658 г. В 1653 году основал Иргенский острог на озере Иргень в междуречье Ингоды и Хилка, в 1658 г. – Телембинский острог в долине Конды, затем – Еравнинский острог. Эти форпосты закрепляли за Россией бассейн Витима и истоки Амура.

Отсюда и было предпринято в середине 1660-х гг. освоение бассейна Селенги – основного тогдашнего ареала забайкальских бурят. Баргузинские казаки под предводительством Ловцова и Васильева на парусных судах вошли в Селенгу, поднялись по ней до устья Чикоя и в сентябре 1665 г. поставили здесь Селенгинский острог – в стратегическом отношении, как подметил живший здесь позднее декабрист М.А. Бестужев, «на месте как нельзя более соответствовавшем этой цели».

Несколькими месяцами позже, в конце 1665 или в начале 1666 г. уже из Селенгинского острога было заложено зимовье при впадении Уды в Селенгу. Зимовье превратилось вскоре в Верхнеудинский острог, в ХVIII в. ставший городом Верхнеудинском, а в 1923 г. столицей бурятской автономии (с 1934 г. – город Улан-Удэ). Этот относящийся к наиболее крупным и известным сибирским центрам город начинался с русского острога скромных размеров, если судить по описанию трехвековой давности: «С левой стороны Селенги реки, с востока, идет Уда река, над ней Удинский город в близости от Удинского Устья. У города часовня. Посад над горою. На посаде дворов жилетцких людей и казачьих изб со сто. В городе строены четыре башни четвероугольные, пятая на углу осьмиугольная. В городе изба караульная, погреб зелейный (пороховой), над ними сарай» В 1700 г. население Удинска составляло всего более «трехсот душ мужского пола».

В эпоху присоединения к России забайкальские буряты находились в ином положении, чем их соплеменники севернее Байкала. Забайкальские буряты находились в менее стесненных обстоятельствах. Для их миграции на юг были открыты бескрайние степи Монголии, а монгольские правители не только имели права на бурятских кыштымов, но и несли по отношению к ним обязанности военной защиты.

Поэтому русско-бурятские конфликты в Забайкалье фиксируются в основном в начальное время российского господства и проходят при участии или подстрекательстве монгольских тайшей. Так, в 1650 г. на берегу Байкала бурятские кыштымы Турухай-Табуна убили возвращавшегося из Монголии русского посла Ерофея Заболотского. Об этом вспоминал в «отписке» следующего года сибирский воевода А. Пашков, сообщая о нападении на казаков, шедших в Енисейский острог с Шилки с собранным ясаком от Петра Бекетова.

В 1670-1680-х гг. русское господство в Забайкалье еще было непрочным, так что «мунгальские» люди продолжали считать себя хозяевами: «Приезжают де с мунгальской степи и от мунгальских тайшей в братцкие землицы мунгальские люди по вся годы и забирают с брацких и иркутцких ясачных людей ясак на своих тайшей сильно (силой) и чинят де ясачным людям обиды и налоги, отымают у ясачных людей жен и детей и увозят к себе в Мунгальскую землю и от тово де в твоем великого государя ясачном заборе во всех острогах чинитца многая поруха и в ясачных иноземцах смута, а оборонять де, государь, ясачных людей служилым людям от мунгальских людей некем, потому приезжают мунгальских людей в Братцкие землицы человек по двести и по триста, а служилых, государь, людей в острогах за малолюдством бывает мало».

«Своя правда», вернее, обоснованное историческое право на забайкальские земли имелось и у монгольских правителей – наследников империи Чингисхана. Когда в 1681 г. из Селенгинского острога ко двору тушету-хана прибыл сын боярский Василий Трусково и просил унять нападения.

С конца 1670-х гг. под Селенгинским, Удинским и другими острогами практически каждый год появлялись небольшие отряды «мунгальских воровских людей», громившие русские заимки и бурятские кочевья, угонявшие скот и пленных. Характерно, что уже в это время жившие под защитой острогов буряты вовсе не хотели возвращаться в монгольское подданство. Тем более их не устраивало «двоеданство». Создавались совместные русско-бурятские ополчения, дававшие отпор монгольским и табангутским налетчикам. В 1682 г. «селенгинские и нерчинские острогов служилые и промышленные и гулящие люди и ясачные иноземцы (буряты и эвенки), собрався четыреста человек, нерчинских семьдесят человек да иноземцев ясачных людей семьдесят человек, ходили за мунгальскими воровскими людьми и за своим отгонным табуном».

Сам факт вхождения Забайкалья в состав России был обеспечен настроениями подвижного монголоязычного населения, в основной массе буквально «проголосовавшего ногами» за российское подданство. Один из исследователей истории бурятского народа Е.М. Залкинд справедливо отмечал: «В семидесятые – восьмидесятые годы (ХVIII в.) у бурят исчезают последние колебания: сравнение господства монгольских тайшей с русским оказалось не в пользу первых… Князцы и лучшие люди пошли на верную службу самодержавию, убедившись, что их власти над сородичами никто не угрожает. Простой же народ убедился, что русская власть прочнее и надежнее, требует меньших материальных жертв и крови, которая щедро проливалась в Монголии при непрекращающихся там столкновениях князей».

Однако укрепившись в Забайкалье, русские служилые люди и власти острогов стали притеснять бурятское население, захватывая их земли. В 1702 г. хоринские буряты вынуждены были отправить в Москву целую делегацию, возглавляемую зайсаном галзотского рода Баданом Туракинским с челобитной Петру 1. Встретившись с делегацией, Петр 1 22 марта 1703 г. издал Указ и приказал «свесть служилых и всяких чинов людей по другую сторону Селенги.., чтоб им иноземцам от их налог и обид вконец не разоритца». Этот Указ Петра 1 был первым официальным царским документом, имевшим большое значение для закрепления за бурятами и земельных угодий.

После заключения Нерчинского договора российско-китайская граница фактически отсутствовала по крайней мере около тридцати лет. Буряты ставшие российскими поданными, не были стеснены в своих миграциях, поездках и контактах, значительно расширили свои кочевья.

Положение изменилось в 1727 г., когда российский посланник С.Владиславич-Рагузинский заключил с представителями Китая в августе Буринское соглашение, а в июне 1728 г. Кяхтинский договор. Этими дипломатическими актами русско-китайская граница была достаточно четко определена от Аргуни до истоков Енисея. Крупные миграции бурят и монголов с этого времени прекратились, и этническая картина в Забайкалье стала заметно более стабильной. Стоит подчеркнуть, что бурятское население не только не сопротивлялось этим мерам российского правительства, но проявило полную лояльность, о чем С. Владиславич-Рагузинский дал без преувеличения восторженный отзыв: «Служат верою России, не уступая природным россиянам: своим оружием и кочеванием границу распространяли, мунгальской землицы великою частью завладели, на границы с великим чаянием и верностью были доброоружены и доброконны, держали оную почти по всему расстоянию в многолюдстве; прикрытием границ и разъезда служили без жалованья с добрым сердцем и учтивостью, на которых я имел большую надежду, видя их храбрость и усердие».

Так завершился растянувшийся на столетие процесс присоединения Байкальской Сибири к Российскому государству.

Присоединение Бурятии к России явилось переломным событием в истории Бурятии и ее коренных народов. Оно изменило весь ход истории бурятского народа и во многом предопределило его судьбу. Все культурные, экономические и политические связи Бурятии с этого момента в значительной степени были переориентированы с юга, Монголии и Китая, на север и запад.

С включением в состав Российской империи Бурятия, так же как и другие районы Сибири, обретает статус восточной окраины, призванной удовлетворить потребности бурно развивающегося Российского государства в источниках его финансового благополучия, каковым выступала в первую очередь пушнина. Позднее Байкальская Сибирь пополняла государственную казну серебром и золотом, другими богатствами своих недр.

На достижение этой цели были направлены все мероприятия Российского государства по организации управления краем и включении Байкальской Сибири в общероссийский рынок. Этому процессу в той или иной степени были подчинены и все изменения в культурной и хозяйственной жизни местного населения, переселенческая политика правительства, изучение края.

Присоединенным сибирским краем первоначально управлял Посольский приказ, затем Приказ Казанского дворца. Однако дела по управлению Сибирью были столь многообразны и обширны, что в 1673 г. создается специальный Сибирский приказ, в котором сосредоточиваются и решаются все дела по краю.

Основной единицей административного деления Сибири, как и европейской части страны, в ХVII в. был уезд, во главе которого становились назначенные царем воеводы. С введением уездного воеводства в Енисейске в 1629 г. и областного воеводства в 1677 г. предбайкальские и забайкальские остроги находились в ведении енисейского воеводы. В 1682 г. учреждаются уездные Иркутское и Нерчинское воеводства. Иркутскому воеводе подчинялись Балаганский, Верхоленский, Идинский остроги. Бирюльская слобода на Лене и все остроги Западного Забайкалья: Баргузинский, Верхнеудинский, Селенгинский, Ангарский, Баунтовский, Кучидский, Кабанский, Ильинский, Тункинский. В состав Нерчинского воеводства вошли остроги Восточного Забайкалья и Приамурья.

Воевода соединял в своем лице гражданскую и военную, а также судебную власти. В случаях, не предусмотренных указами, они могли действовать по своему усмотрению. Таким образом, воеводы имели неограниченные возможности для произвола и злоупотреблений.

Почти такими же властными полномочиями пользовались на местах управители острогов, или как их называли по должности, приказные лица. В их ведении находилось управление острогом и приписанным к острогу крестьянами.

Крестьянский быт, занятия полностью контролировались администрацией, должностными лицами, так же как и жизнь других сословий и ясачных.

Основой обязанных отношений бурятского и тунгусского населения с российским государством стала выплата ясака. В ХVII в. размер выплачиваемого ясака не был четко определен и собирался пушниной в пересчете на соболя. В зависимости от рода занятий и района обитания ясак устанавливался от одного до десяти соболей на работоспособного мужчину от 16 до 55 лет. В районах с относительно лучшими охотничьими угодьями размер ясака был больше, чем в степных и лесостепных районах, где преимущественным занятием обитателей было скотоводство. Так, часть верхоленских, кудинских, а также баргузинские, еравнинские буряты платили ясак в два соболя, остальные по соболю. Прибайкальские тунгусы же, основным занятием которых была охота, платили от 2 до 10 соболей. Максимальным в 10 соболей ясак был в отношении ангарских (северобайкальских), баунтовских, баргузинских тунгусов, где добывали самого ценного баргузинского соболя. В зависимости от качества цена соболя устанавливалась от рубля до 10 – 15 рублей.

Так как не все плательщики ясака могли сдавать именно соболя, в зачет шли другие виды пушнины, шкуры лося, изюбра, медведя, волка, росомахи и другие. Наиболее ценным считался мех выдры, особенно камчатской (калан), который оценивался в 3 – 4 соболя, серебристо-черной и черной лисицы (в 2 соболя).

Безудержная погоня за ясаком, стремление к все большему увеличению его поступления в государеву казну, корыстная алчность сибирских воевод, приказных лиц, сборщиков ясака, писцов, т.е. всей иерархии сибирской администрации привели к тому, что в короткое для истории время, за каких-то два столетия, пушное богатство Сибири было в корне подорвано. Наиболее ценные виды пушных зверей практически были уничтожены. Так в Сибири исчезли самый ценный пушной зверь – речная выдра, бобры сократились до минимума, сохранились лишь в труднодоступных высокогорных районах соболь, серебристо-черная и черная лисица. По официальным данным Баргузинского острога, только за 9 лет с подведомственных ясачных было собрано около 11,5 тысяч шкурок соболя.

С сокращением поголовья пушных зверей и сокращением в связи с этим их поступления в казну царское правительство вынуждено было, начиная с конца ХVII в., официально разрешить сдачу ясака не пушниной, а скотом. Это разрешение было необходимо, прежде всего, для бурят-скотоводов, которые почти не охотились на пушных зверей и для сдачи ясака закупали пушнину у своих соседей-тунгусов.

На первых порах взаимоотношения коренного населения Байкальской Сибири с Российским государством ограничивались сбором ясака в обмен на европейские товары и защиту от беспокойных соседей.

В ХVII – начале ХVIII в. у бурят и эвенков сохранилось свое внутреннее управление во главе с князцами. Для закрепления подданнических отношений в острог от бурятских и эвенкийских родов забирали аманатов – знатных заложников, обычно близкого родственника князца или одного из представителей знати. В течение всего ХVIII в. российское правительство практически не вмешивалось в дела внутреннего управления коренных жителей Забайкалья. Об этом говорят те немногочисленные документы, которые мы можем назвать нормативными актами по управлению Восточной Сибирью.

В июне 1728 г. С. Владиславич-Рагузинский дал инструкции комендантам пограничных застав в Кяхте и Цурухайтуе, в которых определялись тактические принципы управления «инородцами»: «С его Императорского Величества подданными ясачными тунгусами и прочими поступай снисходительно, которых в нуждах требуй с прошением, а повелительно не поступай, дабы их на сердце, или прочее несогласие, не привесть…».

Таким образом, вопросы раскладки ясака и все незначительные дела передавались на рассмотрение и разрешение внутри рода и лишь более значительные дела, затрагивающие интересы русского населения и царизма, передавались на суд царских властей.

С 1740-х гг. учреждаются степные конторы – главные управленческие структуры у бурятского населения. Во главе их становятся тайши или главные шуленги и 6 депутатов от родов. Сохраняются собрания представителей родов – албанные сугланы, на которых решаются вопросы раскладки ясачных податей и повинностей.

Вместе с «государевыми людьми» на Восток двинулось и русское земледельческое население. Российское правительство всячески поощряло этот стихийный процесс, позволявший уже на начальных этапах освоения края перевести продовольственное обеспечение переселенцев на местную основу.

Поэтому оказавшихся в Сибири крестьян, даже убежавших от своих помещиков в Европейской России, царское правительство не преследовало, не стремилось возвратить к прежним хозяевам, а старалось посадить на землю, с тем чтобы они завели собственное хозяйство, занялись хлебопашеством.

Крестьяне в Сибири наделялись государством определенным количеством пахотных и сенокосных угодий, размер которых зависел от возможностей самого крестьянина и его семьи. На отведенных угодьях он должен был построить дом, завести хозяйство. Если крестьянин заводил хозяйство за счет собственных сил и средств, то ему давалась двух-трех, редко пятигодичная льгота в уплате податей в пользу государства. Если хозяйство заводилось при помощи государства деньгами, рабочими и продуктивным скотом, семенами, сельскохозяйственными орудиями, то его хозяин не получал льготной отсрочки в уплате податей.

Размер податей зависел от размера хозяйства. На четыре десятины (десятина – чуть больше современного гектара) «собинных» (собственных) посевов сибирский крестьянин был обязан возделывать одну десятину государственных посевов, т.е. он обязан был сдавать в государеву казну 1/5 часть полученного хлеба. Натуральная подать хлебом являлась основной обязанностью сибирского крестьянина.

Более того, правительство проводило целенаправленную политику по увеличению хлебопашеского населения Байкальской Сибири: один из основных компонентов, составлявших русское сибирское крестьянство, стали ссыльные. Особенно активизировался этот процесс с середины ХVIII в.

Русские крестьяне в Сибири, Бурятии осваивают, прежде всего относительно плодородные речные долины в южных районах. Такими благоприятными в земледельческом отношении районами юга Сибири были долины Ангары, верховьях Лены и их притоков, в Забайкалье – Селенги, Уды, Хилки, Ингоды, Шилки. Крестьяне распахивают земли, заводят посевы, строят дома, другие хозяйственные постройки. Так появляются все новые и новые деревни и села. Первоначально деревни были маленькими, всего в один, два, три, редко больше дворов.

Помимо крестьян сельским хозяйством в целях самообеспечения должны были заниматься все остальные категории русского населения. Занимались им и служилые люди, промышленные (т.е. занятые на различных промыслах) и «гулящие» (без определенных занятий) люди, купцы, не исключая и представителей власти – чиновников всех рангов. Последние использовали для работы в своем хозяйстве закабаленных ими людей и просто крестьян, работников заводов, других предприятий.

В 1762 г. указом Екатерины II натуральная подать была заменена денежной, вместо хлеба стали взимать деньги. Эта мера способствовала втягиванию натурального крестьянского хозяйства в рыночные отношения, его дальнейшему развитию.

Помимо выплаты натуральной, затем денежной подати сибирские крестьяне обязаны были выполнять различные повинности в пользу государства. Они должны были ремонтировать, содержать в исправности дороги (дорожная повинность), перевозить на своих подводах от одного населенного пункта до другого казенные грузы, воинские команды, пускать последних на постой. Крестьян привлекали к строительству казенных зданий, воеводских домов и домов других должностных лиц. Они же обязаны были заготавливать дрова, лесоматериалы для казенных надобностей, перевозить их в город. Кроме того, с крестьян собирали средства на содержание местной администрации, плату за сенокосные, рыболовные угодья. Крестьяне же платили церковную ругу – десятую часть своего урожая на содержание церкви, строили дома для духовенства, не считая различных временных сборов на церковные нужды.

С конца ХVII в. в хозяйстве, быте, образе жизни бурят начинают происходить довольно серьезные изменения. В новых мирных условиях, установившихся после присоединения, бурятское хозяйство развивается достаточно стабильно, по восходящей линии. Буряты и русские взаимно нуждались в установлении и укреплении хозяйственных, бытовых и культурных связей, что и привело к развитию хозяйства. Этому процессу способствуют довольно распространенные в ХVII – ХVIII вв. межнациональные браки между русскими и бурятами.

Особенно усиливается влияние русской хозяйственной культуры на бурятское население с 1740-х гг. В это время предбайкальские буряты все в большем числе начинают заниматься пашенным земледелием. Царское правительство по представлению иркутского вице-губернатора содействует распространению земледелия у бурят путем раздачи семян, земледельческого инвентаря и предоставления на некоторое время льгот от выплаты ясака с земледельческой продукции.

Внедрение земледелия вызвало некоторые изменения в быте, образе жизни бурят. По примеру русских крестьян, на зимниках начинают строить четырехугольные избы, другие хозяйственные постройки, ограничивется число кочевок.

В Забайкалье земледелие получило широкое распространение в устье и нижнем течении Селенги, в долинах Уды, Чикоя и Шилки. На рубеже ХVIII – ХIХ вв. значительный приток земледельческого населения (главным образом, выходцев из Малороссии) был направлен на восточное ответвление Московского тракта, шедшего от Верхнеудинска через Читу на Нерчинск по долинам Ингоды и Шилки. К концу ХVIII в. Байкальская Сибирь стала производить хлеб не только для нужд края, но и на продажу.

В процессе присоединения Сибири, Бурятии царское правительство наказывало казакам, их предводителям не только искать «государству казну… новых землиц ясака», но и стараться всеми мерами найти источник серебра, золота, других металлов.

Забайкалье (как и Алтай) стало важнейшим источником добычи свинца, а во второй половине ХVIII в. – олова и меди. Эти металлы были нужны России для чеканки монет, при выплавке серебра, но в еще большей степени для производства вооружений. Десятки тысяч пудов свинца в первой половине ХVIII века отправлялось из Забайкалья на Алтай и в Европейскую Россию.

Бюрократические методы управления Сибирью, Бурятией в конце ХVIII - начале ХIХ в. были крайне неудовлетворительны. Огромный ущерб развитию производительных сил края, крестьянских хозяйств, ремесла, торговли, да и государственной казне наносила сложившаяся, фактически негласно узаконенная, система взяточничества поборов, всеми должностными лицами – чиновниками.

Действующая система управления в Сибири по результатам ревизии обнаружила полную несостоятельность. Поэтому по представленному М.М.Сперанским проекту решением специально созданного Сибирского комитета, утвержденного царем, в Сибири в 1822 г. была проведена реформа управления. Вместо одного были созданы два: Западно-Сибирское и Восточно-Сибирское генерал-губернаторства с центром в Тобольске и Иркутске. Они делились в свою очередь на губернии и области, губернии на округа, округа, на волости, волости состояли из сельских обществ. В результате реформы удалось в определенной мере создать более стройную самоконтролирующуюся систему управления, однако полностью преодолеть былые недостатки, устранить возможность деспотических методов в управлении не удалось. Положительным моментом ревизии М.М. Сперанского явилось также некоторое улучшение в быте крестьян, особенно горнозаводских, бурят и тунгусов.

В отношении коренных сибирских народов, бурят, тунгусов, якутов и других, по предложению М.М. Сперанского, была введена специальная система управления, названная им «Устав об управлении инородцев». По «Уставу…» коренные народы делились на оседлых, кочевых и бродячих. К оседлым были отнесены буряты и другие, живущие в городах и селах, ведущие в основном земледельческое хозяйство. В правовом отношении были приравнены к русским мещанам и крестьянам, кроме обязанности поставлять рекрутов в армию. К кочевым была отнесена основная масса бурятского и часть тунгусского населения Бурятии, главным занятием которых продолжало оставаться кочевое скотоводство, в силу особенностей ведения которого они по сезонным изменением в году меняли места своих кочевок. По «Уставу…» за ними были закреплены в постоянное пользование места их кочевок, без разрешения бурятских и эвенкийских родовых органов управления на этих землях русским крестьянам было запрещено самовольно селиться. О действенности этого запрета говорит тот факт, что чуть ли не до конца Х1Х в. почти вся долина реки Уды находилась в основном в пользовании хоринских бурят, в долине существовало лишь несколько небольших русских сел. Кочевые народы имели такие же права и обязанности, что оседлые. Также были освобождены от рекрутчины, кроме тех бурят и тунгусов, которые были записаны в казачье сословие. К бродячим были отнесены тунгусы-оленеводы и небольшие группы бурят в верховьях реки Джиды, в горных районах Восточных Саян и в районе Еравнинских озер, для которых в большей степени был характерен охотничье-промысловый тип хозяйства.

Управление бурят и тунгусов строилось по родам или улусам, во главе которых стояли избираемые родовые старосты и их помощники писцы. Несколько родов (улусов) объединялись в инородческую управу во главе с родовыми головами. Несколько инородческих управ образовывали степную думу. Во главе степной думы ставился избираемый на собрании родовых голов тайша (или шуленга), его помощник – второй тайша. В состав думы входили выборные члены думы и родовые головы, делопроизводство вели делопроизводители-писцы. По уставу были учреждены Аларская, Балаганская, Идинская, Кудинская, Верхоленская, Ольхонская и Тункинская у иркутских бурят, Кударинская, Баргузинская, Селенгинская и Хоринская степные думы у забайкальских бурят. В 1837 г. из состава Хоринской степной думы выделилась самостоятельная Агинская дума.

Введенная в 1822 г. система управления для коренных народов Сибири через степные думы предоставляла этим народам определенную самостоятельность. Степные думы самостоятельно определяли, регулировали основные вопросы внутренней жизни бурятского, тунгусского, якутского и других народов Сибири. Они занимались учетом подведомственного населения, раскладом ясачной подати и повинностей, вопросами землепользования, решали несложные судебные гражданские и уголовные дела. Местным органам царской власти без особой надобности запрещалось вмешиваться в дела степных дум, подведомственного населения. По «Уставу об инородцах…» ясачным народам Сибири было предоставлено право направлять своих детей в государственные учебные заведения и открывать свои училища.

М.М. Сперанским были предприняты шаги по упорядочиванию службы Забайкальских казаков: они были соединены в пограничное войско, разделенное на 3 пограничных отряда.

Дальнейшие преобразования в крае связаны с именем Н.Н. Муравьева-Амурского, вступившего в должность генерал-губернатора в 1847 г.

Сибирь почти сразу после присоединения становиться местом каторги и ссылки, особенно Забайкалье, куда ссылали особо опасных, с точки зрения правительства, преступников: участников народных выступлений, одиночных бунтовщиков против крепостнических отношений, некоторых лиц из высших правительственных кругов, которые своими действиями пытались определить на высшие должности себя и своих людей, но потерпели неудачу в придворной борьбе.

С конца ХVIII в. в сибирское изгнание направляются первые политические ссыльные. Одним из них был выдающийся русский писатель А.Н. Радищев, чей страстный призыв к изменению существующих в стране порядков, облегчению положения крепостных крестьян прозвучал на всю Россию. В конце 1790-х гг. в Восточное Забайкалье тайно, закованный в ножные и ручные кандалы, был сослан в бессрочную каторгу майор Федосеев, так же как и Н.А. Радищев призывавший к уничтожению крепостнических отношений. Тогда же, в 1790-х гг., в Восточную Сибирь стали прибывать участники польского национально-освободительного движения, принявшие деятельное участие в восстании Костюшко.

Декабрьское восстание 1825 г. породило новую волну политической ссылки. В Сибирь на каторгу и поселение был отправлен 121 человек – участники тайных революционных организаций и восстания 14 декабря 1825 г. и Черниговского полка на Украине. А.С. Пушкин так отозвался в своем дневнике на это событие: «Повешенные повешены (речь идет о пяти казненных декабристах), но ссылка 120 друзей ужасна». Каторгу декабристы отбывали сначала на Благодатном руднике (рядом с русско-китайской границей в Восточном Забайкалье), затем в Чите и Петровском Заводе. После окончания срока каторги они направлялись в определенные правительством места поселения в Сибири, где должны были провести остаток жизни.

Местом поселения декабристов была избрана и Бурятия. Здесь в разных местах отбывали ссылку 14 декабристов: А.Н. Муравьев и Я.М. Андреевич в Верхнеудинске, В.С. Толстой и Ю.К. Люблинский в Тунке, братья В.К. и М.К. Кюхельбекеры в Баргузине, М.Н. Глебов в Кабанске, И.Ф. Шимков в Батурине, К.П. Торсон и братья М.А. и Н.А. Бестужевы в Селенгинске, Е.П. Оболенский в Турунтаево, братья А.И. и П.И. Борисовы в Подлопатках.

Пребывание декабристов в Бурятии различалось сроками: некоторые из них были здесь на поселении год-два, другие остались здесь до конца дней своих, здесь и похоронены. Но каждый из них оставил в истории края яркий след, благодарную память. Для населения Бурятии декабристы стали учителями, врачами, они активно изучали историю края, описывали верования и культурно-бытовые традиции местного населения. В.С. Толстой в Тунке, Е.П. Оболенский в Турунтаево, братья Кюхельбекеры в Баргузине, К.П. Торсон и братья М.А. и Н.А. Бестужевы в Селенгинске обучают в своих домах детей и взрослых жителей грамоте, а Бестужевы учили и различным ремеслам. Это и дети русских крестьян, и городских жителей, и бурят. Говоря об уме бурят, Н.А. Бестужев писал в замечательном этнографическом очерке «Гусинное озеро»: «Что касается умственных способностей бурят, то они идут наравне с лучшими племенами человеческого рода». Этот вывод он сделал, исходя из наблюдений, постоянного общения и дружбы с бурятами, которые навещали его дом, а сам он часто бывал в юртах и богатых и бедных бурят, вместе с ними участвовал в охоте, посещал различные бурятские празднования, где исполнялись религиозные обряды. За доброту, сердечность, бескорыстную помощь буряты любовно называли Н.А. Бестужева Улан Наран, что означает Красное Солнышко.

Первые пореформенные десятилетия в Сибири не отличаются существенными изменениями в социально-экономической области.

Отмена крепостного права 1861 г. почти не отразилась на положении русских старожилов и коренного населения. Наиболее заметные перемены произошли лишь в горнодобывающей отрасли в связи с отменой обязательного горнозаводского труда бывших приписных крестьян на предприятиях кабинета Его Императорского Величества (1863 г.) и разрешением частной золотодобычи на кабинетских землях (1864 г.). С этого момента на промыслах Забайкалья стал применяться наемный труд, и частная золотопромышленность, появившись здесь в 1865 г., быстро развивалась и в начале 80-гг. ХIХ в. достигла предельных объемов.

В целом, во второй половине ХIХ в. в Восточной Сибири, Бурятии золотопромышленность стала ведущей отраслью как по объему продукции, так и по численности занятых в ней рабочих. Восточная Сибирь в этот период стала главным поставщиком золота в России. Здесь добывалось ежегодно от 1600 до 1800 пудов (от 26 до 30 тонн), что составляло 75% всей добычи золота России. При этом надо учесть, что помимо этого значительная часть золота в Восточной Сибири добывалось тайно, тайно же скупалась, часть контрабандным путем уходила за пределы России, в основном в Китай.

Коренные изменения в жизни Восточной Сибири начались позднее, на рубеже веков, с началом массового переселенческого движения в Сибирь и, в особенности, со строительством железной дороги.

Началом активной крестьянской колонизации Сибири стал 1881 г., когда были утверждены временные правила о переселении, переработанные в закон в 1889 г. Однако первые два десятилетия не существовало ни реальной программы государственного кредитования переселенцев, ни четкой системы организации процесса переселения крестьян Европейской России и их водворения и благоустройства на новых местах.

Несмотря на самые неблагоприятные условия, почти полное отсутствие межевых планов и разительную недостаточность землеустроительных сил, местные органы власти все же справлялись со своей задачей более или менее успешно. Переселенцы, хотя не все и не сразу, но большею частью устраивались, либо на наскоро обмежеванных землях, либо путем приписки к многоземельным обществам старожилов.

Положение коренным образом изменилось с решением правительства о строительстве Сибирской железной дороги. Были изданы поправки к закону 1889 г.: указания о самовольцах и установление «ходачества» (1896 г.), то есть заблаговременного отправления в местности, намеченные для переселенцев, доверенных лиц - «ходоков», пользовавшихся особенными льготами. В том же 1896 г. было учреждено Переселенческое Управление при Министерстве Внутренних Дел, которым со временем повсеместно учреждались переселенческие пункты, врачебно-питательные станции, оказывалась материальная помощь мигрантам. Со строительством Сибирской железной дороги приток новопоселенцев в Сибирь приобрел поистине грандиозный размах. Только за один 1908 г. их число составило более 750 тыс. человек.

Транссибирская железная дорога начала строиться в 1891 г. Потребность в строительстве железной дороги в Сибири возникла уже давно, но только в конце Х1Х в. в связи с внешнеполитическими устремлениями царское правительство приступило к строительству.

Дорога строилась с двух концов: с Урала от Челябинска и с Дальнего Востока от Владивостока. Работа велась одновременно на многих участках будущей магистрали. На строительство было привлечено огромное количество рабочих рук: крестьяне со своими лошадьми, повозками и рабочим инвентарем, множество наемных рабочих из самых разных концов России, ссыльнопоселенцы и ссыльнокаторжные. Таким путем удалось построить дорогу за сравнительно короткий промежуток времени. К 1900 г. однопутная железная дорога подошла к обоим – западному и восточному – берегам Байкала, что позволило открыть сквозное железнодорожное сообщение из Европейской России к берегам Тихого океана. Через Байкал железнодорожное сообщение осуществлялось при помощи парома; для этой цели за рубежом был закуплен ледокол «Байкал», на котором после сборки на озере были уложены железнодорожные рельсы и на который с суши перегонялся паровоз. Вагоны перегонялись на баржи-паромы, на которых также были уложены рельсы.

С 1900 по 1905 г. был построен Кругобайкальский участок дороги – самый сложный отрезок Транссиба. Затем с 1908 по 1915 г. строятся вторые пути. Ввод в эксплуатацию Транссибирской магистрали повлиял на все стороны жизни сибирского общества: экономику, социальное, политическое и культурное развитие.

Начинают развиваться совершенно новые для края отрасли промышленности. Строительство дороги потребовало развития лесодобычи и лесопереработки. Появляются новые лесозаводы, в частности в Верхнеудинске, Онохое. Железная дорога немыслима без топливной, прежде всего угольной, промышленности, и в связи с этим стали разрабатываться угольные месторождения Черемхова, Танхоя, Тарбагатая (ныне в Читинской области). За короткое время добыча угля с десятков тысяч пудов возрастает до миллиона и более тонн в год. Создаются предприятия по производству стройматериалов. Так кроме лесозаводов, появляются Заиграевский цементный завод – самое крупное промышленное предприятие Западного Забайкалья дореволюционного периода с числом рабочих до 400 человек, новые кирпичные заводы и другие. Наконец, для обслуживания железной дороги создаются железнодорожные депо и мастерские, которые также становятся важными промышленными предприятиями края.

Увеличивается количество предприятий, перерабатывающих сельскохозяйственное сырье, в частности мукомольное производство, кожевенные заводы.

Бурно развивались и города Забайкалья – Верхнеудинск, Баргузин, Селенгинск, население которых за период с 1897 по 1911 г. выросло в 2 – 3 раза. Но наиболее поразительным был рост Читы: за указанный период ее население выросло в 7 раз – с 11,5 тыс. до 74 тыс. Обычным в быте горожан становились водопровод, электричество, телефонная связь.

Увеличение численности населения за счет естественного прироста и вольного переселения из Европейской России ведет к расширению обрабатываемых сельскохозяйственных угодий. Основными земледельцами края остаются русские крестьяне, на долю которых приходится большая часть производства продукции растениеводства: зерна, картофеля, овощей. Русский крестьянин в Сибири был в значительно большей мере, чем в Европейской Сибири, обеспечен земельным наделом, имел в хозяйстве больше скота и поэтому в основной своей массе не бедствовал так, как крестьянин в России.

Основной земледельческой культурой остается яровая рожь, которая занимала больше половины посевных площадей. Преобладание ярицы объяснялось повышенным спросом на внутреннем рынке именно на этот хлеб: его потребляли сами крестьяне, основная часть городского населения, закупали интендантство для казенных нужд, в частности для войск, золотые прииски, винокуренные заводы. Из других злаковых культур возделывались пшеница, овес, в незначительной степени – озимая рожь, ячмень, просо, горох, гречиха. Все больше стал распространяться картофель, который постепенно становится одним из основных продуктов питания.

Весьма уступая западным бурятам в развитии земледелия, забайкальские буряты значительно превосходили их по наличию скота в хозяйстве. По данным подворной переписи 1897 г. на 100 душ населения у бурят Иркутской губернии приходилось 464 головы всех видов скота, в Забайкальской области – 1005 голов, у русских крестьян – в 2 раза меньше, чем у иркутских бурят.

Еще в середине Х1Х в. в Забайкалье начались опыты по распространению породистых видов скота, в частности, в Усть-Кяхте купцом Игумновым – высокопродуктивных молочных коров, в Селенгинске и Акше – тонкорунных пород овец. Во второй половине Х1Х – начале ХХ в. эта работа была продолжена, но без особых успехов. В конце Х1Х в. в Хоринской степи и близ Читы предприимчивыми бурятами делаются попытки создания образцовых молочных ферм.

Весть о свержении царизма в феврале 1917 г. и образовании новых органов власти в столице была получена в Верхнеудинске буквально на следующий день. Все общественные силы в крае пришли в движение, начали выходить из подполья запрещенные политические партийные организации. Уже 3 марта в Верхнеудинске образовался объединенный социал-демократический комитет. Объединенные социал-демократические группы были созданы в Петровском Заводе, Баргузине. Образовались партийные организации социалистов-революционеров, народных социалистов, трудовиков, кадетов.

В это время Верхнеудинск, уездный город Забайкальской области, заявил о себе как о центре всего Западного Забайкалья. 6 марта 1917 г. в Верхнеудинске представителями ведущих политических партий – социал-демократов, эсеров, кадетов и др. – был образован новый орган власти – Исполнительный комитет Общественных организаций. Председателем был избран бывший член большевистской фракции 2-й Государственной Думы Е.А. Петров. Комитет ставил задачей организацию новой власти на местах на основе провозглашения деклараций Временного правительства.

Одновременно 6 марта 1917 г. в Верхнеудинске был образован Верхнеудинский Совет рабочих и солдатских депутатов. Он объединил представителей рабочих различных отраслей и солдат. Председателем Совета был избран бывший член большевистской фракции 2-й Государственной Думы В.М. Серов.

После Февральской революции и свержения царизма на территории Сибирского края повсеместно возникли условия для преобразования общества мирным, реформаторским путем. На территории огромного края не было ни одной самостоятельной организации большевиков. Повсеместно были созданы объединенные социал-демократические организации (большевиков и меньшевиков). Причины этого следует искать в социально-экономических особенностях развития края. К ним можно отнести: 1) менее развитые капиталистические отношения в Сибири в сравнении с европейской частью России, в результате чего поляризация политических сил и соответственно все противоречия капитализма проявлялись не столь явно; 2) в сибирской деревне земельный вопрос не стоял так остро как в Европейской России. Поэтому большевики были вынуждены искать точки соприкосновения с другими социалистическими партиями, имевшими на крестьян значительное влияние, чтобы не потерять потенциального союзника пролетариата; 3) условия сибирской ссылки привели к известной консолидации колоний политических ссыльных.

В силу этих причин трения между Верхнеудинским Советом и Исполкомом общественных организаций (орган Временного правительства) не приняли характер антагонизма.

В ходе начавшихся в стране демократических преобразований в Бурятии оживилось национальное движение. На местах бурятские трудящиеся массы на своих собраниях, сходах высказывались за создание автономных органов самоуправления на широких демократических началах, за упразднение старых волостных, булучных учреждений и создание новых временных органов управления.

Первый общенациональный съезд бурят Забайкальской области и Иркутской губернии состоялся в Чите 23 – 25 апреля 1917 г. Съезд избрал Центральную Бурятскую национальную думу. В разное время в ее состав избирались Ц. Жамцарано, Э.-Д. Ринчино, М.Н. Богданов, А. Доржиев, Б. Барадийн. Одним из главных его решений явилось постановление о создании бурятской автономии по схеме сомон – хошун – аймак – Бурятский национальный комитет. Она включала в себя только бурятское население. В Забайкалье создавались Агинский, Баргузинский, Хоринский и Селенгинский аймаки.

27 октября 1917 г. в Верхнеудинске был создан «комитет спасения революции», в который вошли председатель Верхнеудинского Совета, Председатель гражданского Исполкома (представитель свергнутого Временного правительства), представители партийных организаций социал-демократов интернационалистов, социал-революционеров, народных социалистов, Бунда, профсоюзов и гарнизонных комитетов. Инициатором создания этого органа выступил Совет рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. На своих заседаниях Совет требовал создания «однородного социалистического правительства», в которое вошли бы представители всех социалистических партий «от большевиков до народных социалистов».

25 января 1918 г. на заседании Верхнеудинского Совета с участием прибывших с фронта казаков было принято решение взять всю власть в Верхнеудинском уезде в свои руки, а 16 февраля власть перешла в руки Советов в центре Забайкальской области Чите. Тем самым в январе-феврале 1918 г. в Забайкалье начинается период единовластия Советов. С марта 1918 г. в Чите начинается период их большевизации. Однако в Бурятии до середины 1918 г., то есть до падения Советской власти, большевистских организаций не было.

Что касается лидеров национального движения и деятельности Бурятской национальной думы, то они стремились сохранить бурятское населения от влияния противоборствующих политических сил. В то же самое время они стремились создать национальную автономию, обращаясь за содействием к адмиралу Колчаку, атаману Семенову, японцам. Тогда же, по инициативе Семенова, начинает формироваться национальный бурятский полк им. Доржи Банзарова и создана школа младших офицеров, которую закончил будущий генерал-лейтенант Маньчжоу-Го Уржин Гармаев.

После внушительных побед Красной Армии на Восточном фронте и падения «столицы» колчаковского режима Омска во всех районах Бурятии партизанское движение активизируется. В ноябре 1919 г. Прибайкальский подпольный комитет партии большевиков принял решение о подготовке и проведении в Прибайкалье вооруженного восстания. Сложность военно-политического положения обуславливалась тем, что только в Верхнеудинске располагалась японская дивизия (9 тысяч штыков), два батальона 27-го пехотного американского полка, 31-й семеновский полк, «дикая дивизия» генерала Левицкого. В Троицкосавске размещался дивизион имени генерала Крымова в количестве 400 штыков и 200 сабель, сводный казачий дивизион в 250 сабель. В Петровском Заводе были сосредоточены японский батальон (800 штыков), семеновский дивизион (150 сабель), одна батарея и два бронепоезда. В пограничных районах имелись отдельные казачьи отряды, охранные полки, добровольные дружины.

Вооруженное восстание в Прибайкалье началось в ночь с 18 на 19 декабря 1919 г. выступлением партизан в районе Мухоршибири. К ним присоединились тарбагатайские крестьяне. Восставшие шли в двух основных направлениях – на Верхнеудинск и на Ново-Селенгинск. 29 декабря 1919 г. был освобожден партизанами Ново-Селенгинск. В результате всенародной борьбы в конце января 1920 г. большая часть территории Прибайкалья была освобождена. С 25 по 30 января 1920 г. в селе Бичура проходил съезд представителей всего Прибайкалья, в работе которого приняло участие 122 делегата, в том числе 11 делегатов от бурятского населения. Съезд избрал ЦИК Прибайкалья как высший орган власти впредь до соединения с Советской Россией. Командующим армией Прибайкалья был избран Е.В. Лебедев, начальником Главного штаба – Б.Н. Добронравов. При этом юг Забайкалья был еще в руках семеновцев и интервентов. Положение осложнялось тем, что в пограничном Маймачене были сосредоточены значительные силы китайских милитаристов, которые стремились не допустить перехода власти в Троицкосавске в руки Советов. О степени террора по отношению к просоветским лицам красноречиво говорит трагедия «Красных казарм», когда на окраинах Троицкосавска с 24 декабря 1919 г. по 10 января 1920 г. было убито 1500 активных борцов за власть Советов, арестованных колчаковцами и вывезенных на юг Прибайкалья. 18 февраля 1920 г. ревком Троицкосавска захватил власть в свои руки, но через два дня отряд китайцев занял все важнейшие пункты города. Лишь 4 марта город удалось освободить. Серьезные испытания выдержала молодая власть Усть-Селенгинского района, которой пришлось отражать наступление каппелевцев, вторгшихся со стороны Байкала.

В результате активных действий партизан, подпольщиков к концу февраля в руках семеновцев и интервентов оставался лишь Верхнеудинск. 1 марта 1920 г. советские войска начали наступление на Верхнеудинск. В результате упорных боев советские войска и партизанские отряды 2 марта освободили город. 17 марта совещание представителей селенгинских, хоринских и баргузинских бурят с участием представителя Иркутского отдела национального комитета создало временный общебурятский национальный комитет. В состав комитета вошли Д. Ринчино (председатель), П. Данбинов (товарищ председателя), Ц. Алсаханов и Б. Циренжапов (представитель Селенги). Временный национальный комитет ставил задачей организацию на местах революционных комитетов и созыв съезда бурят.

28 марта в Верхнеудинске открылся съезд представителей трудового народа, получивший название Первого Учредительного съезда Забайкалья. В его работе принимали участие представители армии, партизанских отрядов, партийных организаций, рабочих и крестьян, всего 380 человек.

По вопросу организации власти съезд одобрил и приветствовал установившуюся в стране Советскую власть и ее высшие органы. В то же время, «принимая во внимание сложность международных отношений на Дальнем Востоке», съезд постановил: «1. Признать целесообразным и необходимым образование самостоятельной автономной власти в пределах Забайкалья и Дальнего Востока, объединяющей области: Забайкальскую, Амурскую, Приморскую, Сахалин и полосу отчуждения Восточно-Китайской железной дороги. 2. Установить в этой области власть демократическую, представляющую все слои населения с привлечением всех социалистических партий эс-деков и эс-еров и коммунистов-большевиков и общественные учреждения, в лице областного земства… 4. Впредь до воссоединения с Дальним Востоком организовать Народно-революционную власть Забайкалья…»

Учредительный съезд в Верхнеудинске провозгласил 6 апреля 1920 г. создание Дальневосточной Республики (ДВР). Руководство политикой ДВР осуществлялось через Дальбюро ЦК РКП(б), непосредственно подчиненное ЦК РКП(б). 14 мая 1920 г. Советская Россия официально признала правительство ДВР как правительство всего Дальневосточного края. Так в сложных условиях международного положения того периода образовалось буферное государство на Востоке России.

С окончанием гражданской войны на Дальнем Востоке в 1922 г. необходимость существования буферного государства исчезла. Решением ВЦИКа от 15 ноября 1922 г. ДВР была включена в состав РСФСР. Это создало возможность объединения двух бурятско-монгольских автономных областей и образования единой Бурят-Монгольской АССР.

30 мая 1923 г. Президиум ВЦИК принял решение об образовании Бурят-Монгольской Автономной Советской Социалистической Республики. Был создан Бурятский революционный комитет, которому передавалась вся полнота власти до созыва первого съезда Советов. В его состав вошли М.Н. Ербанов в качестве председателя, М.И. Амагаев – зампреда, Б.Б. Барадийн, М.Д. Берман и В.И. Трубачеев. Бурревком работал под руководством Сиббюро ЦК РКП(б) и Иркутского губкома партии. Он приступил к организации центральных органов Республики. Территориально республика охватывала Аларский, Боханский, Эхирит-Булагатский, Тункинский, Баргузинский, Троицкосавский, Хоринский и Агинский аймаки. А также Верхнеудинский уезд.

Первый съезд Советов Бурят-Монгольской АССР состоялся в декабре 1923 г. Он избрал Центральный исполнительный комитет (ЦИК), который на своей первой сессии утвердил Совет Народных Комиссаров БМАССР. Председателем ЦИКа БМАССР был избран М.И. Амагаев, председателем СНК – М.Н. Ербанов.

Бурят-Монгольская АССР объединяла в своих границах почти все территории по обе стороны Байкала, на которых достаточно компактно проживали буряты. По переписи 1926 г. все население республики составило 491 266 человек, в том числе буряты 214 957, русские – 258 796 и эвенки – 2791. Из общего числа бурят в республике находилось 90,5%. С 1923 г. центром республики стал город Верхнеудинск, переименованный в 1943 г. в Улан-Удэ.

В конце 20-х – в 30-е гг. в Бурятии начался процесс социалистической реконструкции народного хозяйства – коллективизации сельского хозяйства и индустриализации, культурной революции. Решение этих задач осуществлялось на основе пятилетних планов развития народного хозяйства: первого пятилетнего – 1928 – 1932 гг. и второго пятилетнего – 1933 – 1937 гг.

Переход к массовой коллективизации по существу начался в конце 1929г. Она носила в целом принудительный характер. Ликвидация остатков патриархально-феодальных отношений, земельная реформа совпали по времени с колхозным строительством. К концу 1934 г. в 1266 колхозах состояло 75,8% всех крестьянских хозяйств, было сосредоточено 91,2% всех посевных площадей и 68,3% поголовья скота. Было заявлено, что произошла полная ликвидация кулачества как класса. Около 1,5 тыс. крестьянских семей, как кулацкие, были выселены из республики. К концу второй пятилетки коллективизация была завершена. Колхозами были охвачены 91,6% крестьянских хозяйств. Численность крестьянских хозяйств за годы коллективизации намного сократилась. Многие крестьяне уходили в города и рабочие поселки, переходили в другие отрасли экономики. Были ликвидированы самые крепкие хозяйства. В ходе коллективизации огромный ущерб был нанесен животноводству, резко сократилось поголовье скота. В первые годы колхозного движения снизилось материальное благосостояние крестьян.

В ходе колхозного строительства осуществлялся перевод на оседлость кочевых и полукочевых бурятских хозяйств. Строились колхозные центры с жилыми и хозяйственными постройками, учреждениями образования, культуры и здравоохранения.

В 1930 – 1932 гг. развернулось строительство крупных промышленных предприятий: городской центральной электростанции, механизированного стекольного завода, мясоконсервного комбината, паровозовагоноремонтного завода и др. В их строительстве участвовала строительная техника и оборудование предприятий, инженерно-технические работники и квалифицированные рабочие из многих краев и областей Советского Союза.

Формировались местные кадры рабочих, в том числе национальные. Развивалась пищевая и легкая промышленность, эти отрасли пополнились новыми предприятиями.

Во второй пятилетке было построено 85 фабрик и заводов, в их числе стекольный завод, мясокомбинат, мелькомбинат. В 1937 г. вступил в строй паровозовагоноремонтный завод, промышленный гигант Бурятии. В начале 1938 г. в республике насчитывалось уже более 140 крупных промышленных предприятий.

Мощность электростанций выросла в 17 раз, производство электроэнергии увеличилось в 31 раз. Многое было сделано для развития железнодорожного и автомобильного транспорта, всех видов связи.

В предвоенные годы третьей пятилетки народное хозяйство республики продолжало успешно развиваться. В результате проведенного капитального строительства основные производственные фонды крупной государственной промышленности республики к 1941 г. увеличились в полтора раза по сравнению с 1937 г., возросла ее валовая продукция. В эксплуатацию была сдана железнодорожная ветка Улан-Удэ – Наушки, дошедшая до границ Монголии.

Огромные перемены произошли в духовной жизни народов, успешно развивалась культура Бурятии. Следует отметить успехи в развитии народного образования. В 1940/41 учебном году в Бурятии работали 411 начальных, 84 семилетних и 49 средних школ. Все дети школьного возраста посещали школы; было введено всеобщее обязательное начальное обучение. Количество учащихся в школах возросло до 100 тыс. человек, в них трудились 3,2 тыс. учителей.

Подготовка кадров специалистов для народного хозяйства производилась в 13 средних специальных учебных заведениях (техникумах и училищах) и 4 высших учебных заведениях: педагогическом, сельскохозяйственном институтах и двух учительских институтах. Число учащихся в них составляло 3,2 тыс. человек.

На территории республики действовала широкая сеть культурно-просветительных учреждений: 525 клубных учреждений, 236 массовых библиотек, 147 киноустановок, 3 музея. Значительно развилось книжно-издательское дело. В 1940 г. было издано 68 названий книг на бурятском языке. В республике выходила 21 газета, которые распространялись во всех районах.

Научно-исследовательской работой занимались коллективы Бурят-Монгольского научно-исследовательского института языка, литературы и истории, преподаватели высших учебных заведений. Появились научные труды по проблемам истории, этнографии, археологии, языкознания, культуры.

Крупным достижением являлось формирование бурятской художественной литературы и профессионального искусства. В 1940 г. работали творческие союзы писателей, художников и композиторов, 5 театров и государственная филармония.

За годы Великой отечественной войны в армию было призвано около 100 тыс. военнообязанных из Бурятии. В Забайкалье, в том числе Бурятии формировались воинские части, проводилась подготовка военных кадров и резервов для армии. Население проходило всеобщее военное обучение.

Многие тысячи бурят приняли непосредственное участие на фронтах Отечественной войны и в разгроме Квантунской армии Японии. Они героически сражались на всех фронтах от Прибалтики до Кавказа. В большинстве своем они служили в сибирских дивизиях: «30-й Иркутской», «55-й Иркутской», 82, 106, 116, 321, 399-й Забайкальских и др. Многие буряты командовали взводами, ротами, батальонами, полками, бригадами и дивизией, занимали ответственные должности в штабах и подразделениях, выполняли особо важные задания командования. В годы войны из среды бурятского народа выдвинулись военачальники генерал-майор И.В. Балдынов, полковник В.Б. Борсоев, будущие (послевоенные) генералы И.О. Тукеев, А.Б. Занданов, А.С. Шаракшанэ.

Труженики тыла, рабочие, колхозники, служащие и интеллигенция встали на боевую вахту и самоотверженно трудились под лозунгом «Все для фронта, все для победы!». Народное хозяйство было перестроено «на военный лад», трудящиеся перешли на военный режим работы. На предприятиях работали фронтовые комсомольско-молодежные бригады.

Многие предприятия республики перешли на производство вооружения и боеприпасов. Улан-Удэнский авиационный завод производил самолеты для фронта. Он был расширен за счет эвакуированных из Москвы цехов. Завод увеличивал выпуск военной продукции. На Улан-Удэнском паровозовагонном заводе были созданы новые цеха и освоен выпуск военной продукции. На заводе росло производство этой продукции. Оборонную продукцию давали мясокомбинат, судоремонтный завод и другие предприятия. Джидинский вольфрамовомолибденовый комбинат отправлял самолетостроительным, танкостроительным, артиллерийским заводам так нужный для брони металл. Комбинат поставлял до 50% нужного стране вольфрама. Валовая продукция промышленности республики в 1944 г. увеличилась по сравнению с 1940 г. на 24,5%, в том числе продукция металлообрабатывающей промышленности – 58%.

В условиях военного режима напряженно работал железнодорожный транспорт. Им внесен большой вклад в перевозку войск, вооружения, военного снаряжения, продовольствия и других грузов.

В годы войны вплоть до 1944 г. не сокращались посевные площади, но урожайность резко упала. Поголовье скота за это время также сократилось.

Несмотря на это, труженики сельского хозяйства ежегодно поставляли стране для армии и населения большое количество зерна, мяса и других продуктов. Так, за 1941 – 1944 гг. государству было сдано 109,2 тыс. ц мяса. Кроме того, колхозы передали освободившимся от оккупации районам многие тысячи скота. Огромный размах в годы войны приобрела всенародная помощь фронту. Трудящимися республики в фонд обороны был собран из личных средств 41 млн. рублей, на вооружение Красной Армии – около 87 млн. рублей, сдано облигаций на сумму 60 млн. рублей, отправлено на фронт большое количество подарков.

На средства, собранные населением республики, были построены танковые колонны «Социалистическая Бурят-Монголия», имени 25-летия РКК, «Молодой колхозник», «Юный патриот», эскадрилья боевых самолетов и др.

Таков вклад республики и ее населения в победу советского народа над фашисткой Германией.

Одержав победу в Великой Отечественной войне, советский народ переходил к мирному созидательному труду, восстановлению народного хозяйства. Необходимо было перестроить экономику в соответствии с потребностями мирного времени. Возвращались к мирному труду демобилизованные воины. С переводом страны на мирные рельсы восстанавливается 8-часовой рабочий день, отменяются сверхурочные работы, возобновляются отпуска рабочим и служащим.

Несмотря на то, что Бурятия находилась в глубоком тылу, ее народное хозяйство в годы войны понесло большие потери. В 1945 г. производство промышленной продукции составляло 90% к уровню предвоенного 1940 г. В тяжелом положении оказалось сельское хозяйство: снизилась урожайность полей, значительно сократилось поголовье скота.

В октябре 1946 г. 1Х сессия Верховного Совета Бурят-Монгольской АССР утвердила пятилетний план развития народного хозяйства на 1946 – 1950 гг. План предусматривал восстановление довоенного уровня промышленного и сельскохозяйственного производства и некоторое его развитие. Послевоенное восстановление проходило в трудных условиях нехватки средств и материалов, недостатка трудовых ресурсов, слабой обеспеченности населения промышленными товарами и сельскохозяйственными продуктами.

На предприятиях промышленности, строительства и транспорта развернулась созидательная работа.

В целом, промышленность республики задания пятилетки по выпуску продукции выполнила на 102,8% и превысила уровень 1940 г. на 42%. По выработке электроэнергии и производству ряда важнейших видов продукции довоенный уровень был превзойден в более значительных размерах. Возникли новые виды производства.

Восстановление сельского хозяйства шло неудовлетворительно. Техническая оснащенность оставалась слабой, парк тракторов и других сельскохозяйственных машин пополнялся медленно. Все еще остро ощущался недостаток лошадей, тягловой силы. Поэтому агротехнические мероприятия на полях выполнялись некачественно, затягивались сроки посева и уборки. К тому же из пяти лет три года (1946, 1948 и 1950) были крайне засушливыми. В эти годы урожайность сельскохозяйственных культур была очень низкой. Не в лучшем состоянии находилось животноводство. В засушливые годы мало заготавливалось сена. В первом году пятилетки произошло некоторое сокращение поголовья по отдельным видам скота. В последующие годы самоотверженный труд колхозников, их мастерство и умение принесли свои плоды. Поголовье колхозного продуктивного животноводства за послевоенное пятилетие увеличилось по овцам и козам на 65,3%, крупному рогатому скоту – на 39,6%, свиньям – в 5,7 раза, поголовье птиц – в 4,7 раза. Несколько повысилась продуктивность общественного животноводства. Передовики сельскохозяйственного производства были отмечены правительством, 17 человек удостоены высокого звания Героя Социалистического Труда, большая группа награждена орденами и медалями Советского Союза.

Тем не менее четвертый пятилетний план в области сельского хозяйства оставался невыполненным.

Хотя заметные сдвиги имелись в росте материального благосостояния населения республики. В конце 1947 г. нормированное распределение продуктов (карточная система) было заменено развернутой государственной и кооперативной торговлей, была проведена денежная реформа и снижены цены на предметы широкого потребления. Увеличились реальные доходы трудящихся. Розничный товарооборот в республике в 1950 г. по сравнению с довоенным периодом возрос в два раза.

Дальнейшее послевоенное развитие Бурятии было связано со сменой ее руководства. В 1951 г. первым секретарем обкома ВКП(б) был избран А.У.Хахалов, председателем Совета Министров назначен Д.Ц. Цыремпилон. На руководящую работу были выдвинуты молодые кадры.

В области промышленности эти годы отмечены вступлением в строй таких крупных предприятий, как Тимлюйский цементный завод, Тимлюйская и Баян-Гольская ТЭЦ, угольная шахта 7/8, Улан-Удэнский молочный завод, Тимлюйский шиферный завод, новые шахты на Джидинском и Гусиноозерском рудниках, реконструкцией действовавших предприятий: Улан-Удэнского ПВЗ, мясоконсервного комбината, мехстеклозавода, завода «Механлит», Улан-Удэнского судостроительного завода, Селендумского завода деревообрабатывающих станков, Онохойского лесокомбината, Улан-Удэнской ТЭЦ.

Наметился сдвиг в подъеме сельского хозяйства. После 1953 г. за пять лет освоено 270 тыс. га новых земель, что позволило расширить посевные площади колхозов и совхозов до 572,5 тыс. га. Значительно окрепла материально-техническая база сельскохозяйственного производства. Были достигнуты большие успехи в росте поголовья овец и свиней. Росла продуктивность скота. За указанный выше срок производство молока увеличилось в 2,4 раза, шерсти – в 2,3 раза, яиц – в 1,5 раза, продажа мяса государству – на 43%. Неделимые фонды колхозов республики возросли в 3,3 раза, а денежные доходы – в 3,2 раза. Колхозники стали получать на трудодни значительно больше, чем раньше, денег. В личном подсобном хозяйстве произошли перемены, в селах и улусах появилось немало новых домов.

По уровню экономического и культурного развития, материального благосостояния трудящихся, удельному весу городского населения и социальной структуре республика успешно преодолевала прежнее отставание и приближалась к средним показателям по стране. Сложилась молодая бурятская нация. Большим событием в жизни республики явилось празднование в 1959 г. трехсотлетия со времени присоединения Бурятии к России. Важнейшим фактором развития республики стала дружба русского и бурятского народов.

Если рассмотреть экономический рост республики, то в1960–1980-х гг. в Бурятии сформировался многоотраслевой по структуре современный крупномасштабный хозяйственный организм, ведущей отраслью которого явилась промышленность, претерпевшая значительные количественные и качественные изменения. Несомненный прогресс в индустриальном развитии Бурятии связан с возникновением новых отраслей, реконструкцией существовавших предприятий. Были построены такие крупные предприятия, как Улан-Удэнский приборостроительный завод, Гусиноозерская ГРЭС, Холбольджинский угольный разрез, Тимлюйский цементно-шиферный завод, Селенгинская ЦКК, Улан-Удэнский завод мостовых металлических конструкций, Бурятферммаш, Каменский завод железобетонных изделий, фабрика верхнего трикотажа, Заиграевская бройлерная фабрика. Были расширены и реконструированы Улан-Удэнский ЛВРЗ, Джидинский вольфрамово-молибденовый комбинат, заводы «Электромашина», «Теплоприбор», судостроительный завод, тонкосуконный комбинат. Реконструкция и техническое перевооружение предприятий позволили перевести их на выпуск новых видов продукции. В промышленности возникли новые отрасли. Индустриальный облик республики стали определять машиностроение, электроэнергетика, угольная, горнорудная, лесная и деревообрабатывающая, легкая и пищевая промышленность. С 1960-х гг. ускорился процесс всестороннего развития республики. Приоритет в развитии промышленности Бурятии всегда отдавался отраслям и видам производства, которые были необходимы союзной и федеративной экономике, прежде всего в освоении природно-сырьевых ресурсов. В промышленном комплексе сложилась структура, специализировавшаяся на выпуске продукции, поставляемой в другие регионы. В то же время сама республика получала огромное количество самых разнообразных видов промышленной продукции.

Вместе с тем практически не строились предприятия перерабатывающей сельскохозяйственной и пищевой промышленности.

Исследования историков и экономистов показывают, что жестко централизованная система управления народным хозяйством привела к серьезным деформациям в уровне социального и экономического состояния региона. Экстенсивный путь развития экономики, ведомственный диктат в освоении недр республики, приоритет интересов центра несли множество негативных последствий, особенно в экологии.

Многие годы общественностью республики остро ставится вопрос о перепрофилировании Байкальского целлюлозно-бумажного и Селенгинского картонного комбинатов. Значительная доля военно-промышленного комплекса в Бурятии оказала существенное влияние на всю инфраструктуру социально-экономического развития региона. При оценке дальнейших направлений социально-экономического развития страны он явился одним из сложных факторов, составляющих депрессивное состояние региона.

За весь послевоенный период одним из наиболее сложных участков экономического развития Бурятии было развитие аграрного сектора. Объективные факторы исторического развития привели к усилению вертикальной системы управления колхозами и совхозами. За короткий период сельское хозяйство сумело восстановить довоенный уровень, укрепить материально-техническую базу села.

В результате освоения целинных и залежных земель были достигнуты высокие темпы роста сельскохозяйственного производства, которое стало характеризоваться устойчивым ростом зернового хозяйства, укреплением кормовой базы животноводства, общим повышением продуктивности животноводства. Изменения в принципах управления сельским хозяйством, начатые в первой половине 1950-х гг. и закрепленные мартовским (1965 г.) Пленумом ЦК КПСС, значительно оздоровили производственные отношения на селе, усилили взаимодействие города и села в рамках единого народнохозяйственного комплекса. Возросли энергетические мощности сельского хозяйства, усилились процессы аграрно-промышленной интеграции и межхозяйственной кооперации.

Развитие материально-технической базы сельского хозяйства, мелиорации и водного хозяйства, химизации свидетельствовали в пользу процессов интенсификации производства общественного сектора, колхозов и совхозов. К началу 1980-х гг. сельское хозяйство было представлено 115 совхозами, 550 колхозами, 29 государственными межхозяйственными сельскохозяйственными предприятиями. Это были механизированные хозяйства, имеющие высокопродуктивные стада крупного рогатого скота, развивающееся тонкорунное овцеводство, мясное скотоводство, птицеводство.

Окрепли система народного образования и подготовка кадров. К середине 1990-х гг. в республике функционировало 383 дошкольных образовательных учреждения, свыше 600 общеобразовательных школ разного профиля, 43 училища профтехобразования, 18 средних специальных учебных заведений, 4 высших учебных заведения. Национальная система образования республики включила в себя семейное воспитание, дошкольное, начальное, общее среднее, среднее профессиональное и высшее образование.

Количественно и качественно выросла интеллигенция. К началу 1990-х гг. слой интеллигенции и служащих в Бурятии составил 41,9% трудящихся. Особенно быстро шел процесс развития бурятской национальной интеллигенции. В 1960–1990-е гг. численность ИТР из числа бурят увеличилась в семь раз (с 1373 до 9652 человек), квалифицированных кадров в машиностроении и металлургии – более чем в 5 раз (с 1434 до 8122 человек), научных работников – в 9 раз ( с 50 до 455), кадров народного образования – в 5,5 раза (с1982 до 10593 человек), медицинских работников высшей и средней квалификации – около 9 раз (с 618 до 5552).

В сфере художественной культуры произошли окончательное оформление и развитие основных жанров, видов литературы и искусства. К сожалению, в первые послевоенные годы в руководстве культурной политикой были допущены крупнейшие ошибки, связанные с нигилистическим отношением к культурному наследию прошлого, несправедливой критикой и травлей крупных деятелей культуры, последствия которых устранялись на протяжении длительного периода.

В целом развитие литературно-художественного процесса за весь период, особенно в 1950–1980-е гг. можно характеризовать как позитивное. Оно отличалось выдающимися достижениями в художественной литературе, театрально-музыкальном, изобразительном искусстве. Художественная культура Бурятии приобрела мировую известность.

Проводившаяся в республике в 1985–1990 гг. так называемая перестройка существенных положительных результатов в подъеме экономики не принесла, наоборот, снизила темпы ее развития. Тем не менее в 1986–1992гг. созданы различные новые формы собственности, новые аграрно-промышленные комплексы, сотни и тысячи фермерских хозяйств, фирм, концессий, банковско-биржевых контор. В национально-культурном плане усилился процесс консолидации и духовного возрождения. Произошло значительное оживление буддизма и шаманизма в Бурятии, восстановление традиций и обрядов.

В феврале 1991 г. в Улан-Удэ состоялся Всебурятский съезд консолидации и духовного возрождения, на котором создана Всебурятская ассоциация развития культуры. В округах и двух областях, в различных городах страны возникли бурятские культурные центры, общества.

Новое – это открытие бурятских национальных училищ, лицеев, придание статуса академии БГСХИ, Восточно-Сибирскому институту культуры, статуса университета Восточно-Сибирскому технологическому институту, создание Бурятского государственного университета на базе Бурятского педагогического института и Бурятского филиала Новосибирского университета, создание новых газет, радиотелевизионных студий, общая перестройка в системе культуры, народном образовании и т.д.

Усилились международные связи Бурятии с Монголией, Китаем, Японией, а также государствами ближнего зарубежья.

Вопросы для самоконтроля

1. Покажите на современной карте мира местоположение Республики Бурятия.

2. Дайте характеристику современного административно-территориального устройства Республики Бурятия.

3. Расскажите о развитии Байкальского региона в древний период (каменный, бронзовый век).

4. Расскажите о хозяйственной деятельности, быте и веровании жителей Байкальского региона в первом тысячелетии нашей эры.

5. Дайте характеристику хозяйственной деятельности населения Прибайкалья и Забайкалья в ХП – ХУП вв.

Задания для самостоятельной работы

1. Составьте карту Бурятии (в тетрадях), нанесите границы районов и районные центры, крупные реки, озеро Байкал, важнейшие дороги и железнодорожную магистраль.

Темы рефератов и докладов

1. Присоединение Бурятии к России: причины, ход, последствия.

2. Социально-экономическое развитии Бурятии в ХУШ – Х1Х вв.

3. Революция и гражданская война в Бурятии: причины, ход, последствия.

4. Участие населения Бурятии в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 гг.

5. Развитию Бурятии в советский период.

6. Социально-экономическое и политическое развитие Бурятии в конце ХХ – начале ХХ века.

7. Лучшие люди Бурятии.

8. Мой край родной. (О своем селе, городе, районе)

Литература

1. Асалханов И.А. Социально-экономическое развитие Юго-Восточной Сибири во второй половине Х1Х в. - Улан-Удэ, 1963.

2. Выдающиеся бурятские деятели ХУП – начала ХХ в. Вып.1.-Улан-Удэ, 1994

3. Вяткина К.В. Очерки культуры и быта бурят. - Л., 1969.

4. Гирченко В.П. Из истории переселения в Прибайкалье старообрядцев – семейских. - Верхнеудинск, 1922.

5. Гришин Ю.С. О становлении и развитии производящего хозяйства в южных областях Восточной Сибири в конце неолита, бронзовом и раннем железном веках. //Природа и человек. - М., 1988.

6. Дашибалов Б.Б. Байкальская Сибирь в средине века. - Улан-Удэ, 1977.

7. Дворниченко И.Е. Земля Забайкальская. - Иркутск, 1970.

8. Егунов Н.П. Бурятия до присоединения к России. - Улан-Удэ, 1990.

9. Егунов Н.П. Прибайкалье в древности и проблемы происхождения бурятского народа. - Улан-Удэ, 1984.

10. Елаев А.А. Бурятский народ: становление, развитие, самоопределение. - М., 2000.

11. Жукова Л.А., Серебренников А.М. Мы все за хлеб в ответе. - Воронеж, 1998.

12. Жукова Л.А., Серебренников А.М. Развитие сельского хозяйства Восточной Сибири (1946-1984 гг.). - Иркутск, 2001.

13. Залкинд Е.М. Общественный строй бурят в ХУШ – первой половины Х1Х в. - М., 1970.

14. Залкинд Е.М. Присоединение Бурятии к России. - Улан-Удэ, 1958.

15. Зверев В.А., Зуев А.С., Кузнецова Ф.С. История Сибири. - Ч.II. - Новосибирск, 2001.

16. Зуев А.С. Сибирь: вехи истории. - Новосибирск, 1999.

17. История Бурятии. Конец Х1Х в. – 1941 г. - Ч. 1. - Улан-Удэ, 1993.

18. История Бурят-Монгольской АССР. Изд.. 2. - Т. 1. - Улан-Удэ, 1954; Т. 2.-Улан-Удэ, 1958.

19. Историко - культурный атлас Бурятии. - М., 2001.

20. История Бурятии в вопросах и ответах. Вып. 1. - Улан-Удэ, 1990; Вып. II. -Улан-Удэ, 1991; Вып. Ш. - Улан-Удэ, 1992.

21. История Бурятии. ХХ век. - Ч. 1, 2. - Улан-Удэ, 1994.

22. История Земли Иркутской: Учебное пособие. – Иркутск, 2002.

23. История и культура Бурятии. - Улан-Удэ, 1976.

24. История Сибири. В 5-ти томах. - Л.,1968.

25. Исупов В.А., Кузнецов И.С. История Сибири. - Новосибирск, 2000.

26. Ковычев Е.А. История Забайкалья (1 – середина П тыс. н. э.). - Иркутск, 1984

27. Кудрявцев Ф.А. История бурят-монгольского народа (от ХУП до 60-х гг. Х1Х в.). - М.-Л., 1940.

28. Кузнецова Ф.С. История Сибири. Ч. 1. - Новосибирск, 1999.

29. Народное хозяйство Бурятской АССР за 60 лет (1923-1983 гг.). - Улан-Удэ, 1983.

30. Окладников А.П. Буряты. Расселение и происхождение. Хозяйство. - Улан-Удэ, 1976.

31. Очерки по истории Бурятии: Учебное пособие. Ч. 1, П. - Иркутск, 1993.

32. Смирнов Н.Н. Слово о Забайкальских казаках: исторический очерк-хроника. - Волгоград, 1994.

33. Хрестоматия по истории Бурятии: Документы и материалы с древнейших времен до 1917 г. - Улан-Удэ, 1986.

34. Цыбиктаров А.Д. Бурятия в древности. История (с древнейших времен до ХУП в.). - Улан-Удэ, 1999.

35. Шунков В.И. Очерки по истории земледелия Сибири (ХУП в.). - М., 1956.

предыдущий раздел | содержание| следующий раздел

Поиск в журналах РАЕ:

Хроника

5-9 сентября 2018 года, 31 Московская международная книжная выставка-ярмарка, г. Москва, ВДНХ

Российская Академия Естествознания (Международная ассоциация учёных, преподавателей и специалистов) приняла участие в 31-й Московской международной книжной выставке-ярмарке, г. Москва, ВДНХ, 5-9 сентября 2018 года.

1 марта - 31 мая 2018 г. V Международный конкурс научно-исследовательских и творческих работ учащихся "Старт в науке".

1 марта - 31 мая 2018 г. Российская Академия Естествознания (Международная ассоциация ученых, преподавателей и специалистов) и редакция журналов "Старт в науке", "Международный школьный научный вестник" провели V Международный конкурс научно-исследовательских и творческих работ учащихся "Старт в науке".

21 - 24 мая 2018, Международные научные мероприятия РАЕ, г.Москва

21 - 24 мая 2018 в г.Москве прошли научные мероприятия РАЕ: Международная научная конференция «Актуальные вопросы науки и образования», Международная научная конференция «Инновационные медицинские технологии», XXIV Научно-практическая конференция «Международные системы аттестации научно-педагогических кадров», XXXVII Международная выставка-презентация учебно-методических изданий.

18-21 апреля 2018 г. Московский Международный Салон образования

Академия Естествознания приняла участие в одном из крупнейших научных и образовательных форумов России.

Яндекс цитирования

Google+

© 2005–2015 Российская Академия Естествознания

Тел. +7 (499) 704-1341, +7 (499) 709-8104, +7 (8452) 477-677
+7 (8412) 30-41-08, +7 (968) 703-84-33

Тел/ Факс +7 (8452) 477-677

E-mail: stukova@rae.ru

Адрес для корреспонденции: 105037, Москва, а/я 47

Служба технической поддержки - support@rae.ru